Первая вода или дуракам везёт

(исключительно личные впечатления, не претендующие на литературные лавры, и вообще ни на что не претендующие)

Чуя – Катунь 2004

Пролог.

Знакомство мое с водой началось незатейливо. Жизнь протекала в спокойном достатке: летом семейный отдых на фешенебельных пляжах мира, вне лета – поездки по Европе. Но вот одним прекрасным летом впервые получилось так, что отпуска членов семьи не совпали по времени, и передо мной встал вопрос – где же все-таки провести свой отпуск. Весь мир лежал передо мной, и впервые за много лет я была абсолютно свободна в выборе места отдыха. Была перебрана масса вариантов, но вот в интернете на глаза попалась информация о конных походах на Алтае. Сами понимаете: Алтай, Шамбала, Телецкое озеро, Манжерок – сладкие на слух и заманчивые названия манили за собой, а еще – лошади, горы… В общем, звезды сошлись.

Таким образом, мое первое знакомство с Алтаем произошло в горах. Маршрут, который я выбрала, был конно-водный. После завершения конной части половина нашей группы продолжала путешествие сплавом по средней Катуни. Но тогда еще мне и в голову не приходила мысль отправиться куда-нибудь по воде. Этот вид передвижения я считала сущим безумием, и в ответ на предложения присоединиться к сплаву говорила, что никакая сила в мире не затащит меня в резиновое корыто, да и девушка с веслом из меня никакая.

Но были и положительные моменты: именно в конном походе я познакомилась с замечательной компанией, известной в околоАктуровских кругах под кличкой «органы». Поскольку живем мы в одном городе, наше знакомство продолжилось и переросло в дружеские отношения. Гена и Сергей оказались увлеченными туристами-водниками, и конечно дали мне посмотреть фильм, снятый ими летом при прохождении Чуи и Катуни. И вот после просмотра меня посетила значимая по своей содержательности мысль: лет мне уже немало, я ведь так и умру, ни разу в своей жизни не пройдя ни одного порога. И вот однажды зимой, при обсуждении с ребятами нового летнего конного маршрута, начала я скромно, но настойчиво проситься с ними на Чую (прошу всех читающих не удивляться на такую идиотку – я ведь уже говорила, что совершенно не представляла себе что такое сплав, и рафта вблизи никогда не видела). Мальчики для вида поломались немного, но уже в мае раздался звонок Сергея, и мне было предложено внести предоплату за водный тур, что я незамедлительно и сделала. На этом мои сомнения и мучения были закончены, были закуплены неопреновые шорты, неопреновые же ботинки для сплава и перчатки, чтобы веслом мозоли не натереть. На этом я посчитала, что полностью готова к прохождению Чуи и Катуни, справедливо (с моей точки зрения) полагая, что ответственность за все остальные трудности по транспортировке меня через пороги или не дай бог, вылавливанию меня из реки, будет лежать на симпатичных, сильных, ловких и опытных моих товарищах.

День первый. Предвкушение.

 Итак, билеты в кармане, рюкзаки собраны, самолет долетел до Барнаула по расписанию, в аэропорту нас встретил вальяжно-уверенный в себе Ильяс. Так же весело и без катаклизмов мы добрались до базы Адару, по пути жадно пожирая глазами знакомые и родные уже пейзажи, и ловя открытыми ртами животворный алтайский воздух.

И вот уже на базе, слегка уставших после долгого переезда по Чуйскому тракту, и расслабленно-довольных после кормежки, нас всех взял в оборот старший нашей группы (и как впоследствии выяснилось, капитан нашего рафта) Артур. Сначала нам было предложено подписать бумаги, из которых следовало, что в это «сомнительное» предприятие мы ринулись исключительно по собственной дури, без всякого принуждения со стороны инструкторов и руководителей фирмы. Следующим номером нас попросили записать на отдельном листочке наши почтовые адреса (видимо, чтобы облегчить задачу по пересылке оставшихся от нас вещей, и не доставлять лишних хлопот нашим родственникам). Ну, а под занавес нам представили safety-kayaker’а, который рассказал, что на него возложена ответственная миссия по нашему спасению, но если мы вдруг окажемся в воде, то за него хвататься не надо, иначе он может перевернуться. Здесь в моей голове начали шевелиться нехорошие мысли, и я начала сомневаться в правильности принятого в Москве решения попробовать, что же это такое – сплав. Впрочем, мысли эти быстро исчезли, чему способствовало общее хорошее настроение, веселая музыка на дискотеке и изрядное количество горячительных напитков, коими все спешили отметить первый вечер знакомств.

День второй. Концерт на Семинском.

День начинался неторопливо. После завтрака была получена команда собираться в путь. Пока мы все вяло ковырялись в своих вещах, все снаряжение и закупленные продукты были оперативно погружены в микроавтобус, и нас почти что с китайскими церемониями пригласили занять мягкие места в автобусе и двинуться, наконец, в дорогу.

В пути, как это и было предусмотрено, мы сделали остановку, чтобы совершить последний на ближайшие десять дней цивилизованный шоппинг. Здесь нам, опытным старым походникам, пришлось брать инициативу в свои руки, поскольку молодежь вдруг начала смущаться и рассказывать окружающим, дескать, они совсем-совсем не пьют, ну разве что самую капельку красного вина… Все демарши были моментально пресечены Главным Полковником Геннадием, и в итоге, из магазина мы вышли нагруженные таким количеством «белой воды», что инструктора наши то ли от испуга, то ли в восторге, присвистнули, а Паша тактично заметил, что с таким количеством спиртного он еще в поход не ходил. Мы, конечно, прикрывались медицинскими целями наших закупок и возможными непредвиденными ситуациями на маршруте. Забегая вперед, могу сказать, что такой мудрый расчет позволил нам сберечь нервы и не дергаться во время похода, а также проявить гостеприимство по отношению к встретившимся нам по пути водникам.

Следующей остановкой был Семинский перевал. Следующий за нами микроавтобус с рафтами и запасом продуктов так и не смог забраться на эту самую верхнюю точку Чуйского тракта. После долгих ожиданий и расспросов проезжающих водителей удалось выяснить, что наш микроавтобус отдыхает в начале подъема с открытым капотом. После недолгих перешептываний наших инструкторов нас попросили выйти из автобуса, в качестве утешительного приза выгрузили нам из автобуса ящик водки (зачем-то сверху положив в него рулон туалетной бумаги), гитару, после чего автобус развернулся и уехал обратно вместе с нашими инструкторами. Преодолев растерянность, наша группа не без помощи оставленного ящика пришла в замечательное настроение, и на Семинском перевале состоялось выступление вокально-инструментального, не побоюсь этого слова, ансамбля.

Здесь пора сделать лирическое отступление, и в некотором роде объясниться практически в любви к моим замечательным друзьям. Гена – это фейерверк эмоций, душа компании, знаток и мастер-исполнитель огромного количества песен, гитарист, любвеобильный покоритель всех встречающихся на его пути женских сердец, главнокомандующий нашей скромной компании, и просто – настоящий полковник. Сергей – это сама надежность и рассудительность, предусмотрителен, заботлив, галантен, силен, в общем – настоящий рыцарь. (Фото 3) Теперь все читающие смогут понять мое легкомыслие, когда я без особых раздумий и опасений рискнула с первого раза сунуться на Чую. С такими ребятами нигде не пропадешь!

Пели мы долго, и видимо не очень плохо, поскольку к концу часового выступления местные торговцы начали подносить нам свежеприготовленные шашлыки и прочие дары Горного Алтая. Некоторые из них даже пытались взять гитару в руки и спеть близкие их сердцу песни. Мы естественно в ответ угощали их чем могли из нашего ящика (не туалетной бумагой конечно). Вкусить полностью славы мы не успели, поскольку как всегда, в самый ответственный момент вернулся наш автобус, уже нагруженный вещами из сломавшегося автомобиля. А выпрыгнувшие из него инструктора быстро умяли все подношения, хлопнули по стакану и дали команду загружаться. В результате остаток пути мы проделали уже сильно потеснившись: кто-то сидел в проходах между кресел на вещах и сложенных рафтах, кто-то на ступеньках автобуса, а кто-то в каяке, задвинутом на заднее сиденье. Вся стеклянная тара и свежие продукты заняли заслуженное место на мягких сиденьях автобуса. В общем, было весело, и настроение было замечательное…

Но вот еще одна остановка, уже почти в конце нашего пути. Размять ноги решили вблизи порога Горизонт, заодно посмотрев, какая же вода сейчас в пороге. Все потянулись к реке. Оказавшись поблизости от Олега Ходырева, я услышала его разговор с сами собой: «Что ж, вода большая, Горизонт должны пройти… или не должны…». У меня вырвался наивный вопрос: «А что, есть какие-нибудь сомнения?». Тяжело вздохнув, Олег раскрыл маленькую коммерческую тайну. Оказывается, такое большое количество инструкторов (8 человек на 11 туристов) идет с нами на Чую именно потому, что при обсуждении маршрута из Москвы, Гена настойчиво выдвигал условием своего участия в походе покорение порога Бегемот. Оказывается, за три прохождения этого маршрута в прошлые годы, им с Серегой ни разу не удалось пройти Бегемот, все время обносы. И поэтому, хотим мы этого или не хотим, но идти все пороги подряд все равно придется. Мне, ни разу не бывшей на реке, совершенно ничего не показалось страшным: для меня ведь что Бегемот, что жираф – никакой разницы. Да и вода в Горизонте: большая она или маленькая? Вода – она и есть вода.

День третий. Началось.

Ужас обуял меня только на следующее утро, когда получив спасжилет, каску на голову и весло в руки, я увидела накаченные к этому времени рафты «в полный рост» и осознала, что залезть туда все-таки придется. (Фото 4) И сидеть там придется в позе, нарушающей все законы равновесия: ноги внутри, а туловище с руками свешивается наружу… и надо при этом грести… и никакой шлеи у меня нет, поскольку место мое практически на корме, а шлея там не предусмотрена. Скажу честно: только боязнь позора и избыток самолюбия заставили меня залезть в рафт. Обошлось без уговоров и истерики. До сих пор надеюсь, что мое малодушие осталось незамеченным.

Итак, рафт нехотя отцепился от берега и тут же был подхвачен мощным потоком. А через несколько десятков метров уже первый порог Буревестник. …Помню все плохо. …Порог не помню совсем. Сознание вернулось на мгновение, когда при первом же толчке вылетела со своего места. Очнулась на носу, лицом в воде, слава богу, внутри рафта, а не снаружи. Пришлось срочно и тихо отползать обратно на корму и попытаться все-таки провести время с пользой для дела: ведь весло зачем-то же мне выдали. Зато сразу стало понятно, какие физические законы действуют в этом резиновом судне, каким местом надо цепляться за рафт, и с равновесием почему-то сразу все прояснилось. Остальной путь до Бегемота прошел в попытках овладеть веслом (именно так: не оно мною, а я им пыталась овладеть!).

Здесь еще один казус: сидела-то я сразу за Андреем Алейниковым. Зрелище конечно впечатляющее: красивая сильная мужская спина, четкие красивые гребки – глаз не оторвать. Удовольствие от созерцания могла бы получить огромное, только вот опять вырвался наружу комплекс собственной неполноценности. Я-то ведь не знала, что остальные туристы так грести не умеют, не видно ведь остальных. А если и видно, то я-то глаз от реки и весла оторвать не могла, все пыталась угнаться за Андреем. Нас же ясно всех проинструктировали, что грести всем надо синхронно – это залог успешного прохождения. Вот я и корячилась из последних сил. Терпела молча. И только на второй день этот коварный человек тихо так, по-доброму, сказал мне: «Да ты не мучайся, пытаясь угнаться за мной. Можешь хотя бы один гребок делать. Мне грести надо за всех вас, чтобы вам легче было, вот я и стараюсь». Осознание собственной никчемности притупилось, и жизнь снова начала наполняться красками.

Тем временем, испытания на прочность шли по нарастающей. Вот уже и чалка перед Бегемотом. Процесс осмотра порогов и впечатления на эту тему описаны уже не раз, и все шутки про количество выкуренных сигарет давно всем известны, поэтому повторяться не буду. Впрочем, мне это было не слишком интересно: все равно ведь ничего не понятно. Ну ходят умные люди, руками куда-то показывают, «здесь будем слева заходить, здесь – справа». Мое дело маленькое – не мешать. Сел себе в сторонке и покуривай, а в рафт сядешь – слушай и выполняй команды капитана. Но тут даже при полном незнании и не представлении всех напрягов, тихая паника начала зарождаться где-то изнутри. А тут еще сначала Гена подошел: «Слушай, может ты по берегу погуляешь? Не надо тебе туда идти». А я ему отвечаю: «Да ладно тебе, все идут, а я что? Хуже всех?». Потом подошел Сергей, и все о том же. Да так настойчиво. После такой обработки пришлось задуматься: может я напрасно храбрость пытаюсь показать? Может я людям только мешать буду? Пришлось топать к нашему капитану с вопросом, не слишком ли я ему в рафте мешать буду. Зачем людям дополнительные сложности создавать? Артур был по-военному короток: ты давай сама решай, пойдешь или нет. Я, говорит, против ничего не имею. Твердо оценив свои шансы и прикинув свои возможности, я предложила компромисс: порог я пройду, но «драй-бэгом». Выбрав себе место и наметив, за что я буду держаться обеими руками, я двинулась послушать, о чем же говорят в это время наши бывалые инструктора. (Фото 5) Речь конечно шла о всяких камнях, бочках, сливах и прочих ужасах на нашем пути. Тут я не выдержала напряжения и предложила срочно учредить спасательный фонд имени МЕНЯ, причем была готова незамедлительно внести первый взнос, покрывающий все дополнительные расходы на мое спасение. Обеспечив таким образом персональную страховку и VIP место в рафте в ногах у капитана, я спокойно отправилась докуривать очередную сигарету и морально готовиться к прохождению порога.

Порог прошли все!!! Удачно!!! Красивое прохождение рафтов и почти эскимосский переворот дяди Сережи в сливе под мостом должным образом были зафиксированы на видеокамере. В этом замечательном пороге я в меру своих возможностей пыталась принести пользу нашей команде, удерживая за ноги пытавшихся вывалиться из рафта близлежащих, вернее близсидящих туристов. За что и получила от одного из них веслом в глаз (и зачем он махал руками? Ведь я его за ноги удержала все-таки, …а могла бы и выпустить…). Так что остаток пути я прошла с гордо поднятой головой, освещая все вокруг очень живописным синяком под правым глазом. Остаток пути до места стоянки прошел тихо и спокойно, несмотря на встретившиеся на нашем пути пороги Классический и Слаломный. А может просто после Бегемота мы все находились в некотором трансе и двигались на автопилоте.

На стоянке, на мой взгляд, героем дня выступила команда наших инструкторов. Пока мы извлекали себя из рафтов, приходили в себя на берегу и ставили палатки, чудесным образом оказался готов вкуснейший ужин. Хотелось бы сказать: сам собой оказался готов, но это не так. Мы еще не успели выбраться на берег, как уже Юра принес воды, Андрей принес продукты для сотворения ужина, дядя Сережа наколол дров, а остальные развели костер и поставили свои палатки. Каким волшебством Катерина успела порубать все продукты и приготовить восхитительный сырный суп, я так и не поняла, а мы, не успев моргнуть глазом, оказались уже обмисканы и обложены (или обложканы). И здесь я по-настоящему оценила высокий профессионализм организаторов похода. Собрать такой слаженный коллектив! Каждый без единого вопроса, без пустых разговоров и советов, как это нередко встречается, очень толково выполнил свою работу и еще помощь всем предложил. Мы, туристы, находясь вроде бы в походе, вдали от налаженного быта и комфорта, почувствовали себя настолько окруженными заботой, что стало неловко за самоустранение от процесса. Но все и без нашего участия происходило так быстро и здорово, что мы не успели почувствовать угрызения совести.

Вечер прошел скромно и довольно тихо. Весь адреналин остался на реке, и мы потихоньку привыкали к обрушившемуся на нас новому состоянию существования на пределе возможного.

День четвертый. Оверкиль.

Утро наступило вместе с осознанием полной гармонии с окружающим миром и с самой собой. Почему-то также гармонично в голове нарисовалась мысль: сегодня я Турбину и Горизонт не пойду. Принесу себя в жертву амбициям и проведу киносъемки в порогах. Брали-то меня в поход кинооператором. Еще в Москве вопрос моего участия в походе окончательно решился, когда я клятвенно пообещала не путаться под ногами, не тонуть, и вообще – кто-то же должен снимать на видео геройское прохождение «органами» чуйских порогов. Стоило почувствовать себя великомученицей, как все те, кто вчера отговаривал меня идти Бегемот, вдруг со странной настойчивостью стали уговаривать на прохождение. Наверное, крови моей жаждали. Проявив упорство и полная решимости снять великолепные кадры, перед Турбиной я вылезала из рафта, нагруженная видеокамерой, обвешанная фотоаппаратами, с веслом, в каске и спасжилете. В полной экипировке мне предстояло заснять сверху прохождение сначала Турбины, потом Горизонта, а затем наша команда должна была меня подхватить обратно в рафт, чтобы продолжить движение по намеченному маршруту.

День был великолепен, на небе ни облачка, солнышко светит ярко, лучи его красиво играют с волнами в бочках. Уже взбираясь в гору по раскаленным камням под палящими лучами, я понемногу начала жалеть о своем решении: на воде в такую погоду чувствуешь себя как в аквапарке, а я ощущала себя пленницей пустыни, и река внизу казалась миражом. Выбрав удобное место для съемки, я разложила вокруг фотоаппараты, спасжилет, каску и весло, приготовилась быстренько снять геройское прохождение двух рафтов и каяка и рвануть к следующему порогу. Время прохождения мы рассчитали заранее с таким расчетом, чтобы страховочная команда и я со своей камерой успели добраться до Горизонта и занять свои места. Быстренько не получилось. Дядя Сережа прошел Турбину красиво и уверенно, и встал на страховку. Я засняла издалека последний нервный перекур команды первого рафта, судорожное отталкивание от берега, разгон и, наконец, само прохождение. Первая группа прошла тем путем, как и собиралась, без неожиданностей. Сверху казалось все очень быстро и скучно. Приготовилась так же быстро заснять подвиги второго рафта. Но ребята решили внести разнообразие в заявленную программу.

Понять, что произошло, стало возможным только после просмотра на камере повтора и рассказов очевидцев. Итак, второй рафт как положено разогнался перед порогом, подпрыгнул в бочке перед самым поворотом реки, и неожиданно дальнейшее махание веслами прекратилось. Секунды идут, река уже затягивает в поворот, а в рафте тишина и оцепенение. И тут сквозь рев воды слышится вопль, и все вдруг как потерпевшие начинают табанить к берегу. Как им удалось выгрести почти против течения из бурного потока и пристать в маленькую заводь на самом повороте – для меня, да и для них наверное тоже, до сих пор необъяснимая загадка. Оказывается в первой бочке из рафта смыло (или он сам смылся?) капитана. А кто же по доброй воле без громкой команды грести и надрываться будет? Видимо спасло всех то, что опытный морской волк Олег очнулся первым и вовремя. Говорят, это он испустил страшный вопль «Все табань!!!». Паша (капитан) без своей команды порог идти не захотел, и сразу после выпадения за борт, слава Богу, уцепился за веревки по бокам рафта и благополучно причалился со своей командой к берегу. (Фото 6) После короткого обмена мнениями и впечатлениями рафт пришлось занести по берегу обратно к месту старта, и второй дубль был снят без заминок.

Итак, пока обе команды отдыхали на берегу между порогами, мы со страховочной командой совершили марафонский забег по раскаленной земле к порогу Горизонт. Ребята с морковками заняли свои места внизу, а я продолжала метаться по скалам, прикидывая откуда же могут быть сняты лучшие кадры. Наконец место было выбрано, и я зависла на найденном плоском камне вниз головой над пропастью, держа в руках камеру. Не знаю, кому было более страшно: тем, кому предстояло идти в эту ревущую беду, или мне, до паники боящейся высоты. Ожидание затянулось. Солнышко припекало, и наступала приятная расслабленность. Но вот из-за поворота показался дядя Сережа. Это было красиво. Маленький каяк замедленно, тщательно выверенными движениями танцевал вальс с бушующими волнами. Я так увлеклась зрелищем, что пропустила заход в порог первого рафта. Насколько я знала, траектория должна была проходить справа от стоящей в начале порога огромной каменной глыбы. Но камера выхватила рафт, когда тот начал обходить камень с левой стороны и ... рафт мгновенно прижало под скалу, где он и встал намертво, покачиваясь на волнах. (Фото 7) После небольшой паузы последовала попытка оттолкнуться от стены и вернуться на струю. Не тут-то было. Рафт немного поднатужился, но был затянут обратно под скалу, откуда все смогли посмотреть, как мимо, технически безупречно зайдя в порог, просвистела команда второго рафта. Поняв, что зрелищ больше не будет, наши предприняли вторую попытку выйти на струю. С тем же успехом. Затем мне сверху показалось, что ребята готовы достать сигареты и обсудить создавшееся положение. Но, видимо, собрав остатки сил, и приняв решение бороться до конца, команда бросилась на прорыв. И тут неизбежное произошло. Как в замедленной съемке, рафт неспешно перевернулся, и дальше камера снимала плывущие в шахматном порядке по воде каски. Некоторые каски держали весла. Веря в счастливое завершение этого заплыва и отметая саму мысль о возможном несчастье, камеру из рук я не выронила и продолжала съемку. Злобный рафт, дождавшись когда его оставят в покое, спокойно и неторопливо обошел все препятствия и скромно прибился к острову на выходе из порога. А на реке тем временем разворачивалась спасательная операция. Береговых спасателей всем удалось успешно миновать, травм от попадания «морковкой» в голову никто не получил. Ниже по реке, справа от острова, дорогу плывущим перекрыл второй, успешно завершивший прохождение, рафт, а слева дежурил каякер, отрабатывая свое гордое имя – спасатель. И вот, когда все уже скрылись за поворотом реки, началось волнение, перерастающее в тихую панику: как там наши? Неизвестность угнетала более всего. Снизу поднималась группа страховки, и мы все помчались к сопровождавшему нас автобусу, чтобы подъехать поближе к месту, где причалятся наши водники. По дороге к автобусу я гнала от себя мысли о том, что может случиться что-нибудь страшное, и мне уже почти удалось себя уговорить, когда подошел наш водитель Дима и мрачно произнес: «Ну все, …издец». В глазах моих потемнело. Представляю, сколько седых волос добавилось на моей голове за это время. Так, в большом напряжении, двинулись мы по Чуйскому тракту на поиски потерпевших, через каждые 500 метров останавливаясь и сбегая к берегу, чтобы посмотреть, не видно ли кого на берегу. Зато трудно описать восторг и счастье, когда увидели мы наших самосплавщиков вылезающими из рафта на берег целыми и практически невредимыми. (Фото 8) Объятья и поцелуи, распросы и рассказы лишь ненадолго отвлекли нас от продолжения движения – надо было пройти еще участок реки до стоянки.

Поскольку мои весло, спасжилет и каска остались в автобусе, то воссоединиться с туристами мне не удалось, и дальше мы вместе с Олегом и Сашей Гореловым опять двинулись в путь в автобусе, предварительно договорившись о месте встречи, где будет устроен перекус. Так я и не увидела место слияния Чуи с Катунью. Когда автобус остановился на обочине, Олег взял в руки приготовленные пакеты с едой и две бутылки водки (в стекле!), и скомандовал на выход. Перелезая через ограждение на обочине, я с привычным уже ужасом смотрела вниз в пропасть, поросшую колючим кустарником, куда нам предстояло спускаться. Инструктора зигзагами бодро запрыгали вниз, причем Саша исполнял эти трюки с двумя бутылками водки в руках. Я же, стараясь держать марку и не отставать, съезжала за ними следом (местами на пятой точке). Добравшись до реки и сунув в нее бутылки охлаждаться, мы достали по сигаретке и стали предвкушать, как обрадуются наши искатели приключений, когда мы их тут радушно встретим с холодной водочкой и с закуской. Покурили. Потом еще покурили. Что-то никто не спешит к нам радоваться. Утомившись ожиданием, Олег велел нам ждать, а сам двинулся вверх по реке на поиски остальных. За это время мы с Сашей уже успели выкурить полпачки сигарет и обсудить все светские темы в разговоре. Успокаивало только одно – забыть про нас не могут, ведь стратегический запас остался у нас в руках. Но наконец и до нас дошло, что так долго по реке плыть никто не сможет, и надо двигаться навстречу. Причем двигаться надо на автобусе. А до автобуса еще надо добраться. Причем нам двоим в руках придется тащить два полных пакета с едой и две драгоценные стеклянные бутылки. Тут начался театр абсурда. Жара, крутая гора, усыпанная мелкими камушками, на которых разъезжаются ноги, держаться нечем. Вдобавок ко всему, я совершаю это восхождение в спасжилете и каске; в одной руке весло, в другой – судорожно зажатые за горлышко две бутылки водки. Не расплавившихся мозгов хватает, чтобы понять, что меня четвертуют, если я их разобью, и это обстоятельство удерживает меня в вертикальном положении. Впереди карабкается Саша с двумя тяжелыми пакетами в руках. Когда Горелыч съезжает вниз – я подставляю ему под ноги весло, чтобы он не скользил дальше. В такой вот технике восхождения мы с трудом выбрались наверх и доехали наконец до проголодавшихся туристов.

Остаток дня прошел без приключений. Вечером все аптечки были вытряхнуты наизнанку. В этот день исключительной популярностью пользовались разные мази от ушибов и синяков. Помимо апатии, навалившейся после всех пережитых за день приключений, вечер был омрачен расставанием с группой инструкторов, усиливавших нашу команду на Чуе. Олег, Саша и Павел, для которого выпадение из рафта не прошло бесследно, попрощались с нами, сели в автобус и скрылись в пыли Чуйского тракта. Таким образом, произошла кадровая перестановка, и место капитана второго рафта занял Андрей.

День пятый. Пополнение.

Первая половина дня оказалась ничем не примечательной, кроме слегка подпортившейся погоды. В первый день Катунь оказалась неприветлива. То и дело набегали облака, навстречу дул холодный ветер, а однажды даже показалось, что пошел мелкий град. Где-то поблизости гремел гром, и видны были вспышки молний. Бесконечная череда бочек и валов утомляла своим однообразием. Все волновались, что погода может подпортить нам прохождение Ильгуменя. (Фото 9) Но к порогу мы подошли без дождя. Произведя разведку и полюбовавшись на красавцы-валы, мы стали подтягиваться к рафтам. Артур под давлением мужской части туристов обещал прокатить нас по самым верхушкам валов-гигантов. Не скрою, было страшновато это слушать, да деваться все равно некуда. И вот, оттолкнувшись от берега, мы двинулись на этот сумасшедший аттракцион. И а-а-ах наверх, а потом у-у-ух вниз. Вот оно счастье! Вот он драйв! Поймав ритм и перестав цепляться пятой точкой за борт рафта, я наконец поймала то высшее ощущение единения с водой, когда ты с ней не борешься, а сливаешься с этой мощью в едином движении. Ильгумень все прошли благополучно и без остановки двинулись дальше к месту очередной стоянки у реки Айлагуш.

Несмотря на моросящий дождик, а может и благодаря ему, разбивка лагеря прошла очень быстро. Как обычно, наши инструктора поражали нас слаженностью своих действий и казались поистине многорукими. Надо сказать, что это первый в моей практике поход, когда к активной работе по разбивке лагеря, разведению костра и приготовлению еды не пытались привлечь туристов. Нас окружили такой заботой и вниманием, как будто вели группу физически неполноценных людей. А ведь мы, собираясь в поход, ощущали себя героями и первопроходцами, и намеревались по приезду домой живописать ужасы и трудности походной жизни. Вместо этого мы оказались окружены добрыми волшебниками и прошли поход практически на всем готовом. Разврат какой-то! Но… это было так приятно.

На этой стоянке мы встретили промокших и уставших попутчиков, высадившихся на занятую нами территорию в тот момент, когда поленья в костре весело потрескивали, и ужин был практически готов. Нам представился прекрасный повод помочь ближним своим и проявить гостеприимство. Трое взрослых мужчин и один не очень взрослый мужчина девяти лет от роду были заманены к костру под тент и накормлены горячим ужином. Но, кажется, со своим гостеприимством мы немного переборщили. (Фото 10) Все знают, что такое алтайский чой-чой. Это мы так думали, что все знают. Наполнив «специально обученную» невероятных размеров чой-чойную кружку (0,5 л), Гена естественно предложил право первого глотка гостям. Первый, самый смелый гость, взял кружку в руки с легким испугом и изумлением, но, не желая ударить в грязь лицом, мужественно осушил ее до дна, думая, что так и положено по алтайским традициям. Тут уже испуг и изумление нарисовались на наших лицах. Над остальными мы глумиться не стали, и объяснили им местные обычаи. Омские ребята прошли боевое крещение и, таким образом, наша команда пополнилась на четыре человека и один катамаран. С этого дня мы двигались по реке вместе.

День шестой. Шабаш.

Погода решила больше не испытывать нас на прочность, и утро снова встречало нас ярким солнцем. Что ж, спасибо за это алтайским духам, ведь программа у нас была насыщенная, – пролетев через Кадринскую трубу, мы собирались сегодня штурмовать порог Шабаш. Перемахнув на одном дыхании все препятствия Кадринской трубы, мы выбрались на каменистый берег перед Шабашом, и наши опытные товарищи (еще вчера на стоянке такие внимательные и заботливые) опять повели нас пугать ужасами и пытать страшными рассказками. Здесь пришла пора отличиться омским катамаранщикам. Во время просмотра порога вся наша группа была награждена чудным зрелищем – отвязавшийся одинокий катамаран, плавно покачиваясь на волнах и внимательно обходя все бочки и камни, величественно и гордо прошел Шабаш. Второй раз после Горизонта в голову пришла крамольная мысль: зачем нам выдали весла? Ведь если плавсредству не мешать своими судорожными движениями, можно пройти пороги гораздо легче. Пока проходила операция по вылавливанию катамарана, на второй ступени порога продолжались пытки туристов: нас серьезно готовили к прохождению. Издевательства мы прекратили, лишь пригрозив, что если нас не перестанут запугивать, мы немедленно отвяжем рафты, и сплавляться нам по Шабашу, таким образом, не придется. (Фото 11)

Здесь в моем рассказе наступил затор. Я никак не могла подобрать слов. Совсем ничего не написать про этот порог невозможно, а когда пыталась описать свои чувства и эмоции, получалось глупо и самодовольно. Не знаю почему, но порог показался мне приветливым. Нет, не так: не приветливым, а благосклонным к нам. То ли я к этому моменту уже привыкла к реке, то ли виной хорошее настроение, но впервые за весь сплав мне по-настоящему не терпелось начать прохождение. Ни в коем случае не подумайте, что я почувствовала себя опытным водником или что-то в этом роде. С головой пока все в порядке, из подросткового возраста вышла давно, и здравый смысл меня еще не покидал. Но все мы зачем-то лезем в горы, спускаемся в пещеры, прыгаем с парашютом и совершаем всякие другие безумства. Наверное и для меня настал момент, когда надо проверить себя на прочность, показать себе, что ты еще чего-то можешь. Потому ли, что шла я преодолевать не реку, а себя, или потому, что просто везет таким дуракам, впервые в своей жизни севшим в рафт на Чуе, но порог дался легко, и в памяти осталось чувство единения со стихией и жажда жизни, которые подарила мне Катунь в это лето.

Итак, совершив все запланированные на этот день подвиги, мы дошли до места нашей дневки в устье Урсула. В качестве бонуса за наши лишения, нам открылась великолепная поляна, украшенная крытой верандой с чучелом медведя, и стоящим невдалеке срубом, крышу которого украшали аршинные буквы БАНЯ. (Фото 12) Место оказалось бойкое: не успели мы разбить лагерь, как сюда же высадились еще две большие группы туристов, и все свободное место сразу же запестрело разноцветными палатками. О, чудо. К тому же мы обнаружили посреди тайги настоящий маленький магазинчик и от души побаловали себя деликатесами в виде пива и вяленого мяса марала. Вечер прошел на подъеме. Все вокруг было залито ярким светом полной луны, а гитара звучала особенно звонко.

День седьмой. Дневка.

Изумительный день. Погода – лучше не бывает. Настроение – такое же. После сонного завтрака все высыпали на берег реки и устроили настоящий пляжный отдых. (Фото 13) Для начала устроили заплывы на скорость. Но плавать просто так скоро надоело, и мы упросили дядю Сережу временно отдать нам на растерзание каяк. Сначала наиболее физически развитая часть мужского коллектива тщетно пыталась исполнить подъем-переворот, затем уже все подряд совершали заплывы на каяке. Удивительно, но никто не утонул, хотя обязательным упражнением было задание выбраться под водой из перевернутого вверх тормашками каяка. Устав висеть в каяке вниз головой под водой, мы отвязали рафт, и ринулись отрабатывать постановку рафта после киля в исходное положение. (Фото 14) Наплескавшись вволю и получив свою ежедневную порцию физической нагрузки, все лениво разбрелись отдыхать в тенек. Нагуляв аппетит, часть из нас отправилась к местным жителям добывать мясо марала на шашлык. Тринадцать килограммов свежей оленины под радостные крики туристов были доставлены в лагерь и разделаны умелыми руками Андрея и дяди Сережи. Часть мяса было решено пустить на приготовление плова, а остальное было замариновано на шашлык. Какой получился плов…. Просто фантастика! Узбекам до нас было далеко. После такого кушанья до шашлыков дело просто не дошло. Сытые после королевского плова; чистые и розовые после бани, мы даже песни у костра пели в этот вечер особенно задушевно.

День восьмой. День рождения.

Сегодня у нас праздник. У Татьяны из Калининграда – день рождения. По этому поводу утро началось со стихотворного поздравления собственного сочинения. Группа массовиков-затейников из Уфы, Иркутска и Омска за ночь сочинила стихи в честь именинницы и приготовила вкусный торт, который был тут же незамедлительно съеден.

Сегодня на воде никаких серьезных препятствий. Ходовой день представлял из себя череду экскурсий к местным достопримечательностям: сначала петроглифы (такие древние наскальные закорючки), затем остановка у небольшого, но очень симпатичного водопада, спадающего с крутой скалы прямо в Катунь. Так, крутя головой во все стороны и фотографируя все, что нам попадалось на пути, мы и дошли до симпатичного соснового лесочка, где нам предстояло разбить лагерь. Вообще еще одно отдельное спасибо надо сказать тем, кто выбирал для нас места стоянок. По-моему, мы собрали все самые красивые и удобные места по всей реке. (Фото 15) Утомившись за восемь дней пути, туристы, сразу как выгрузились на берег, попадали в изнеможении на землю и спали мертвецким сном до тех пор, пока их не подняла на ноги команда ЖОР. (Фото 16)

По случаю дня рождения в сосновом бору был устроен банкет с поеданием тающего во рту шашлыка из оленины и выпиванием особенной калининградской водки, которую девчонки из Калининграда тайком протащили сквозь все пороги и шиверы. А еще из своих драй-бэгов они, как фокусницы, достали огромное количество вкуснейших конфет и коробок с печеньем к чаю. Праздник очередной раз удался.

День девятый. Последняя ночь на реке.

С большой неохотой мы покидали место вчерашнего празднования. Да и после замечательной дневки, вчерашних шашлыков и возлияний совсем неохота было напрягаться и махать веслами. Тут еще Артур добавлял напряжения: «Мне в порогах гребцы нужны, много гребцов. Всем придти в рабочее состояние, и – на галеры!» В результате оба Телдекпня (или Телдекпеня?) рисовались нам монстрами, обязательно попытающимися утянуть нас в водоворот или швырнуть на камни. В итоге, не знаю, какие там были трудности с остановкой и просмотром Телдекпней, или нас посчитали готовым для прохождения порогов «с налета», но только мимо Пней мы просвистели «мухой», всего один раз крутанувшись в небольшой воронке. Одна жалость – на камеру ничего не удалось снять, а пороги были живописные. (Фото 17)

По плану мы должны были в этот день дойти до конечной точки нашего маршрута. Но после небольшого совещания было решено внести незначительные коррективы: проходим большую часть пути и разбиваем лагерь на симпатичном песчаном пляже. Место и впрямь оказалось живописное. Поскольку это была последняя наша ночевка на реке, и на следующий день не планировалось ни одного сколько-нибудь серьезного препятствия, то народ ушел в отрыв. Да и не везти же с собой обратно на базу горячительный запас. Покрыв позором скептиков, которые десять дней назад не верили, что группа сможет «уговорить» такое количество спиртного, после полуночи мы вынуждены были достать последнюю заначку в виде «кедровки» (такая настойка на спирте). Перепев все известные нам песни (по нескольку раз), допив и доев все, что можно было доесть и допить, а также от усердия напоследок сломав топор, самые стойкие из нас рассвет встречали у костра.

День десятый. Первое расставание.

Впервые за весь сплав утро было мутным. Двигались все ну о-о-очень замедленно. С трудом погрузив вещи и всех туристов на борт (удивительно, что никого не забыли), инструктора заработали веслами. Оживать народ начал где-то через полчаса. Зато потом унять никого было невозможно. (Фото 18) В нарушение всех правил поведения на воде, но в то же время с соблюдением всех правил безопасности, мы совершали кульбиты и прыжки в воду, устраивали заплывы вокруг рафтов, забираясь на борт только на время прохождения шивер. (Фото 19) Придя в сознание и наведя резкость после водных процедур, мы быстренько домчались до назначенного места, где было проведено финальное построение группы на берегу, и совершено заключительное омовение в водах Катуни.

Автобус пришел за нами без опоздания, а с ним явилась нашему взору Света Ходырева, которая уже заботливо держала в руках полтора литра прохладного пива. (Фото 20) Вот это сервис! Везде бы так встречали! Набившись в автобусе до самого потолка, мы протряслись до Чемала, где скупили все приготовленные в этот день беляши и выполнили в ближайшем магазине план по выручке. Утолив голод и жажду и поняв, что оттягивать момент расставания с омскими катамаранщиками более невозможно, мы торжественно исполнили на прощание «Пора разобраться по реям и рвать якоря…», пролили положенные при расставании слезы, и расстались (пообещав друг другу не затеряться в своих городах и обменяться видеоматериалом). Река провожала нас слезами – только мы отъехали от Чемала, как хлынул проливной дождь. На базе нас встречали хлебом-солью и натопленной баней. Слегка ошеломленные цивилизацией, мы наслаждались горячей водой, изобилием напитков и деликатесов взамен слегка поднадоевшей тушенки. А такое благо цивилизации, как электричество, позволило нам в этот же вечер порадовать всех, кто встречал нас на базе, красивым килем, отснятым в Горизонте.

День одиннадцатый. Очень короткий и грустный.

Такого кислого утра я не припомню. Писать совершенно не о чем. Грусть-тоска и слезы расставания в глазах. Обменявшись адресами, выпив со всеми по стакану на брудершафт и сделав положенное количество прощальных снимков, мы втроем сели в ожидающую нас машину и, смахивая слезу, укатили навстречу еще одному приключению – в этот день начинался наш конный маршрут к Шавлинским озерам.

Эпилог.

Омские ребята никуда не пропали и прислали три часа видеозаписи своих и наших приключений. Наши омские Максим и Леха тоже на связи.

Марина из Иркутска, накачав за лето бицепсы, трицепсы и другие цепсы, в свободное от юридической практики время ведет занятия в тренажерном зале.

Татьяна и Наталья из Калининграда пишут редко. Что с них взять – анклав! Говорят, в Евросоюз собрались вступать.

Ольга из Уфы начала спортивную туристическую карьеру. Сходила руководителем похода 2-й категории, получила зачет. Весной собирается возглавить и зачесть третью категорию. Собирается приехать в Москву для закупки водного снаряжения. Жду ее в гости.

Что удивительно, но Антон тоже поддерживает связь с «органами», справедливо надеясь дождаться смонтированного фильма о проведенном на Алтае отпуске.

Оксана сразу по приезду в Москву записалась в клуб каякеров. Дядя Сережа может гордиться – одной фанаткой-каякершей стало больше.

Гена, Серега и я, как обычно, собираемся летом на Алтай. Если все сложится, то в этом году штурмуем Башкаус и Чулышман вместе с Ак-туровцами. Штурмовать конечно будут ребята, а я так, – по берегу с видеокамерой погуляю. Но кто знает? Может, дуракам и второй раз повезет?